Сильвия Ильменская «Еврейский магазин и другие истории»

До Второй мировой войны в Нарве было много купцов разных национальностей. Были те, кто держали несколько больших магазинов, были также те, кто владели только одним маленьким магазинчиком или лавкой, а также были торговцы, которые продавали свои товары на тележках. Нарва, как и сейчас, была многонациональным городом. Кроме эстонцев и русских здесь жили ингерманландцы, татары, немцы, евреи, поляки и другие народности. У некоторых национальностей были свои молельни в соответствии с их религией. Говорят, что еще в начале 20 века в Нарве говорили на трех местных языках – эстонском, русском и немецком, а также в некоторой степени на «нарвском языке».

В 1935 году среди евреев Нарвы было 30 купцов, 26 ремесленников, 12 рабочих, 8 чиновников и 3 человека других профессий.

На углу улиц Сепа** и Раквере***, напротив нынешнего ресторана «Майус», до войны находилось двухэтажное деревянное здание с небольшой башней и двумя входами. Башня располагалась со стороны города. Левая дверь вела в магазин, правая дверь – в подъезд с квартирами. Квартиры были как на первом, так и на втором этажах. За левой дверью находился одноэтажный кофейный магазин, в котором помимо кофе продавались и другие продовольственные товары. Владелец магазина был по национальности евреем. Местные жители называли магазин «еврейским магазином». Чтобы бизнес процветал, собственник очень умело рекламировал свой товар. А именно: он призывал жителей покупать кофе только в его магазине, потому что только в этом магазине можно было в каждой сотой пачке кофе найти серебряную чайную ложку. Эта уловка сработала, и некоторым нарвитянам посчастливилось найти в кофейной пачке красивую серебряную ложку.

Дом пережил войну, и после войны в этом же помещении находился продуктовый магазин, а в квартирах жили горожане. Тогда этот магазин стали называть магазином на улице Раквере. Даже старый и роскошный прилавок сохранился в торговом зале магазина, прямо напротив двери. Эта витрина была сделана из стекла со стороны клиента и со стеклянными полками, на которых красовались коробки конфет, плитки шоколада и конфеты в стеклянных мисочках. Конфеты были разложены в миске почти вертикально, а кончики конфетной обертки были красиво разглажены. Прилавок был окружен крупной медной трубой, чтобы витрина не разбилась, когда люди прижимались к прилавку.

Я помню, это могло быть в начале 1950-х годов, из этой витрины одну большую плитку шоколада. Она, наверное, весила 150-200 грамм. Оберточная бумага была белого цвета, и на ней были две большие красные божьи коровки с черными точками и надпись золотыми буквами. Это было так красиво! Думаю, что и очень вкусно!

В магазине было еще два прилавка, один справа, другой слева от двери у стены. В магазине продавались всевозможные продукты. Под окном стояли большие напольные весы, на которых взвешивались большие мешки с сухими продуктами: мука, крупа, сахар и т.д.

На фото дом на углу улиц Раквере и Сепа, где находился «еврейский магазин». Фотография сделана во время Второй мировой войны перед дверью подъезда, слева окно магазина, также виднеются дверной косяк и крыльцо магазина. Из альбома С. Ильменской.

 

В 1960-х годах напротив этого здания, на другой стороне улицы Сепа было построено новое двухэтажное здание из силикатного кирпича, где первый этаж занимал просторный магазин «Раквере» с большими окнами, а второй этаж использовался для университетских курсов. В настоящее время в этом здании находится ресторан «Майус». Магазин переехал из старого деревянного здания в новое помещение. В помещении бывшего магазина еще некоторое время работал комбинат бытового обслуживания «Прогресс». Там работал парикмахер, принимали белье в прачечную, одежду – в химчистку, а сапожник ремонтировал обувь на месте. Когда жители получили новые квартиры, «Прогресс» тоже съехал, а дом снесли. Сейчас здесь поляна и автобусная остановка.

 

В этом бывшем пригороде Нарвы было еще несколько уцелевших домов, в которых после войны поселились новые жители. Некоторые дома были перестроены. Ни один из них не сохранился до наших дней с изначальной планировкой. Однако я хотела бы вкратце рассказать про пару построек. Рядом с нынешним рестораном «Майус», через улицу Раквере, стоял двухэтажный деревянный дом серого цвета. У этого дома был своеобразный деревянный арочный вход. В настоящее время мы можем видеть похожую арку у здания на Вабадусе 20, только масштабы здесь больше. Под сводом по обе стороны двери также были скамейки в ширину свода. Они были похожи на ящики из крашеных обшивочных досок, встроенные в стену дома. Обычно там сидели бабушки, которые жили в этом доме и присматривали за детьми, игравшими возле дома. Жильцы дома получили новые квартиры, а дом снесли еще раньше, чем здание старого магазина. Теперь на этом месте зеленая зона, на которой посажена живая изгородь.

Мысленно продолжаем идти по улице Йыэсуу**** в сторону Нарва-Йыэсуу. Мы добираемся до мастерской по замене шин, которая находится справа, в стороне от улицы. Мастерская построена на месте бывшего деревянного дома. Дом был относительно длинным, посередине была выстроена мансарда. В здании была великолепная двустворчатая входная дверь с большими овальными стеклами. После того, как жильцы получили квартиры, дом долгое время пустовал, пока его не снесли.

Тем не менее! Один деревянный дом сохранился полностью и используется до сих пор. Это небольшой жилой дом царского времени по адресу Тайме 10. Об этом доме пишут в своей книге «Нарва. От дачи до дворца» Мадис Туудер и Карин Паулус. Есть и фотография.

 

Все жители города видели старые серебристые ивы, растущие вдоль улицы Йыэсуу. Однако мало кто знает, зачем были посажены эти ивы. До Второй мировой войны на улице Сурнуайа жил некто Кивиберг (или Кивипярг). У него был большой участок, на котором в разных местах было два дома. Один возле еврейского кладбища, который он сдавал в аренду, и там жили мои бабушка и дедушка со своими детьми, а другой на улице Йыэсуу (бывшей улице Сурнуайа), где жил он сам. Второй дом находился на улице Йыэсуу на месте нынешних домов 53 и 55. Это было примерно в середине 1930-х годов, когда Кивиберг решил обозначить всю длину своего участка серебристыми ивами. У него был припасен большой пучок ветвей серебристой ивы, он позвал на помощь Августа, брата моей мамы, который был тогда еще маленьким мальчиком, и они начали вбивать эти палки в землю. Август держал палку, а хозяин ударял по ней большим молотком. Однако ивовых палок было запасено больше, чем необходимо, и поэтому Кивиберг решил забить все палки в землю, даже за границу участка, на случай, если некоторые не приживутся и саженцы нужно будет заменить. Однако все серебристые ивы прижились, и многие из них сохранились до наших дней и обрамляют улицу Йыэсуу.

На фотографии серебристые ивы на улице Йыэсуу. Фотографировал Виктор Ойтсар. Из альбома С. Ильменской.

 

Так как история началась с еврейского магазина, расскажу о евреях еще немного. До войны еврейская община в Нарве была немаленькой. В 1935 году здесь жили примерно 300 евреев. У общины была когда-то своя синагога в районе Юхкентали, позднее и в старом городе, а также свое кладбище в Сийвертси недалеко от Александровского кладбища.

Для синагоги в районе Юхкентали евреи приобрели дом на собранные от пожертвований деньги в 1850-х (по другим данным в 1870-х годах). В 1877 году по проекту архитектора Новицкого здание было перестроено в синагогу. В 1890 году синагога была закрыта городскими властями, поскольку отсутствовало соответствующее разрешение на использование. В 1895 году синагогу снова открыли. Во время Освободительной войны синагога сгорела. Новую синагогу основали уже в другом месте – за Ратушей по адресу Хельсинки 12. Эта синагога действовала до Второй мировой войны, но в 1944 году была уничтожена. При большом желании на месте еще можно найти фундамент. Земельный участок не занят постройками.

На фото третий дом по левой стороне и есть синагога, ул. Хельсинки 12.

 

Еще одна синагога находилась какое-то время в Ивангороде на берегу реки, примерно там, где сейчас располагается променад.

Еврейское кладбище до Второй мировой войны находилось рядом с Александровским кладбищем в Нарве, но в стороне от улицы Йыэсуу. Самые ранние захоронения на еврейском кладбище датируются 1850-ми годами.

Мои бабушка и дедушка со своими детьми жили до Второй мировой войны недалеко от кладбища на арендуемом хуторе на участке Кивиберга (или же Кивипярга). Дедушка, Оскар Пунг, работал сторожем на еврейском кладбище. Они бежали с места военных действий, то есть эвакуировались, в конце февраля 1944 года. Тогда еще с кладбищем было все в порядке. В 1944 году, после того, как военные действия утихли, дедушка и бабушка со своей семьей вернулись в Нарву. В дом, в котором они жили до войны, попала бомба, в окрестностях дома и на еврейском кладбище тоже были воронки от взрывов. После войны на этом кладбище больше не было захоронений. Место до сих пор сохранилось. Однако все кладбище заросло кустарником. Среди высокой травы до сих пор можно найти одиночные надгробия.

На фото: за спиной дочери сторожа виднеется еврейское кладбище и ворота. На столбе ворот видно 6-конечную звезду Давида. Фотография сделана до Второй мировой войны. Фото из альбома С. Ильменской.

Фото надгробия. Еврейский музей Эстонии.

Нарва, кладбища в Сийвертси.

Нарва. Кладбища в Сийвертси.

Современный план кладбищ в Сийвертси. Еврейское кладбище находится по адресу ул. Йыэсуу 61.

 

Направляясь от кладбищ в сторону Нарва-Йыэсуу, по правую руку остается Вепскюла. До Второй мировой войны здесь была маленькая деревня. Теперь частично на этой территории расположено садоводческое товарищество «Прогресс Плюс». До Второй мировой войны в деревне находилось садоводство, где выращивали цветы. Владельцем был известный в Нарве садовник Александр Маркс. У Александра Маркса на бульваре в Нарве (теперь это улица Койдула) на первом этаже одного дома был цветочный магазин, где продавались выращенные в саду цветы. Жилой дом, садоводческие постройки, теплицы и здание в старом городе, где находился цветочный магазин, были уничтожены в ходе Второй мировой войны. Остались только грядки.

Когда я, будучи ребенком, ездила с бабушкой в Нарва-Йыэсуу, она всегда показывала на пустую поляну в Вепскюла и говорила: «Смотри, здесь когда-то был сад Маркса – очень известного человека в городе». Разумеется, грядки уже заросли травой. Однажды весной, когда я училась в четвертом или пятом классе, бабушка отправила меня на место, где был сад Маркса. Она дала мне с собой лопату, маленькую корзинку и попросила выкопать цветущие нарциссы, если они там еще есть. Когда я прибыла на место, то, действительно, там цвели нарциссы. Правда, их было очень мало, видимо, сорняки сделали свое дело. Я выкопала нарциссы и привезла домой. С этого времени каждую весну в саду бабушки цвели белые и очень ароматные нарциссы садовника Маркса. Спустя много лет весной я снова оказалась на этом месте. Нарциссов там, конечно, больше не было, только грядки еще слегка виднелись из-под дерна при близком рассмотрении.

 

Эту историю я написала примерно 1,5-2 года назад. А теперь, в апреле 2021, я случайно познакомилась с одной женщиной по имени Анастасия. В ходе разговора выяснилось, что она является внучкой того самого садовника – Александра Маркса. Она рассказала мне о тяжелой судьбе своего дедушки и бабушки Агриппины.

Александр Маркс родился в 1902 году. Его арестовали в Нарве в июне 1946 года как «враждебно настроенного по отношению к советской власти, преднамеренно оставшегося в 1941 году на оккупированной немцами территории». По решению трибунала конфисковали все имущество и отправили его на 10 лет в лагерь «Речной» в Воркуте, где он умер 24 октября 1952 года вследствие болезни сердца и кровоизлияния в мозг. Имущество Маркса было продано по решению трибунала.

Его жена, Агриппина Маркс, родилась в 1904 году. Агриппину вместе с детьми выслали в 1949 году. Вместе с ней выслали дочь Любовь (25 лет), сына Хейно (19 лет) и дочь Инге (6 лет). Их отправили на спецпоселение в Красноярский край, Каратузский район, на Ферму номер 3; освободились в 1956 году и вернулись в родной город Нарва. Здесь их ждал неприятный сюрприз – их не могли прописать ни по одному адресу. После того, как совершеннолетние члены семьи согласились подписать документ, что у них нет имущественных претензий к Советскому Союзу, семья смогла остаться в Нарве.  

Агриппина жила в общежитии на улице Кересе, в комнате на цокольном этаже, предназначенной для сторожа, без прописки. Там же жила самая младшая дочь Инге. Агриппина Маркс умерла 10 февраля 1960 года, и даже спустя столько лет у нее не было прописки. Ее дети тоже умерли. Они похоронены на Петровском кладбище. Дети Инге, дочери Александра Маркса, живут со своими семьями в Нарве.

Интересно то, что мои бабушка и дедушка в свое время, еще до Второй мировой войны, были знакомы с дедушкой и бабушкой Анастасии. Прошло 80 лет, и теперь я познакомилась с Анастасией. Как говорится, мир тесен!

На фото 18-летний Александр Маркс. Фотография сделана в 1920 году. Частная коллекция.

На фото Александр Маркс со своими близкими на отдыхе в Нарва-Йыэсуу. 1940 год: впереди сидит Александр, рядом с ним Хейно, на скамейке сидят сестра Александра, Агриппина, Инна, сзади стоит Любовь. Инге еще не родилась. Частная коллекция.

 

История семьи Александра Маркса полна грусти и боли, и таких историй в Нарве было много. Схожие судьбы и страдания постигли тысячи жителей Эстонии.

 

* * *

 

* Улица Хельсинки. Улица Хельсинки должна была называться в честь датского города Хельсингёр, но раскрашивавший вывеску художник допустил ошибку в слове – так и родилась улица Хельсинки.

** Улица Сепа. На плане 1905 года Кузнечная улица, позже улица Сепа. В 1976-1994 годы улица Владимира Деева, названная в честь героя Советского Союза.

*** Улица Раквере. На плане 1856 года (Большой) Ревельский тракт, на плане 1900 и 1905 годов Везенбергская улица, с 1912 года улица Раквере. В период с 16.02.1978 по 25.10.1994 улица Федюнинского, названная в честь героя Советского Союза генерала Ивана Федюнинского.

**** Улица Йыэсуу. Улица получила свое название 4 июля 1939 года. Ранее на городских планах обозначалась как Кладбищенская улица, позднее улица Сурнуайа.

 

Share with:


Добавить комментарий